ОСНОВНОЕ МЕНЮ

НАЧАЛЬНАЯ ШКОЛА

РУССКИЙ ЯЗЫК

ЛИТЕРАТУРА

АНГЛИЙСКИЙ ЯЗЫК

ИСТОРИЯ

БИОЛОГИЯ

ГЕОГРАФИЯ

МАТЕМАТИКА

ИНФОРМАТИКА

ЭФИОПИЯ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XV–XVII ВЕКЕ

Середина XV в. — правление Зара-Якоба (1434–1468) считается расцветом средневековой Эфиопии. Но многие из его реформ оказались недолговечными. Уже преемник Зара-Якоба Баэда-Марьям (1468–1478) вернулся к прежней «косвенной» системе управления вместо введенной в середине века строгой административной системы, при которой наместники провинций являлись практически государственными чиновниками.

МУСУЛЬМАНСКИЕ СУЛТАНАТЫ И ХРИСТИАНСКАЯ ИМПЕРИЯ

Появление в Красном море новых сил — турок-османов на севере и португальцев на юге — привело к падению влияния местных мусульманских торговцев и их защитников — приморских султанов. Внутри Эфиопии продолжалось соперничество христианского центра и мусульманской периферии. Особенно удачными для христиан были некоторые походы Лебна-Денгеля (Давид II, 1508–1540), который, по сообщению одной из хроник, вторгся в землю Адаль, сжег города и укрепления, «пленил… мужчин и женщин, старых и малых». Но успех правителя был недолгим. Области переходили из рук в руки, и население, чтобы обезопасить себя, часто меняло веру. Особенно обострилось положение с появлением на политической арене Ахмеда ибн-Ибрагим аль-Гази, получившего прозвище Левша (Грань). Ахмед сумел привести к покорности старую купеческую верхушку Адаля и отказался выплачивать ежегодную дань негусу (императору). Левша занялся созданием из разрозненных отрядов, привыкших жить разбойничьими набегами, единой регулярной армии. Это было нелегко, так как многие кочевые племена (особенно сомалийские) жили без единоначалия, все вопросы решались народными собраниями. Тем не менее удачи Ахмеда и его щедрость при дележе захваченного постепенно привлекли на его сторону большинство племен, которые превратились в единое войско.

В 1529 г. Левша одержал победу над войсками христиан. Вернувшись в свою ставку, он вновь занялся укреплением войска, которое самовольно покинули кочевники, как только получили свою часть добычи. Ахмед Грань отправил богатые подарки турецкому паше города Забида в Йемене, а тот помог ему получить наемных мушкетеров, купить семь пушек и нанять пушкарей. После двух лет интенсивной подготовки Левша двинулся на завоевание Эфиопии, захватил сначала восточные области с мусульманским населением, а затем и христианские районы.

Неожиданные неудачи и тяжкие поражения христианских правителей этого времени скорее всего объясняются раздробленностью, так как полки негуса, разбросанные по стране, не имели опоры в областях, где властвовали местные земледельцы и вельможи. Воины не получали жалованья и кормились за счет населения, это приводило к моральной деградации одних и росту недовольства других, что мешало объединиться для сопротивления внешней угрозе. Напротив, идеи создания единого государства (Ахмед Грань на завоеванных землях оставлял прежних правителей провинций или назначал подчинявшихся ему напрямую наместников) воодушевляли мусульман, хотя им и было нелегко отказаться от привычки прекращать войну, как только была захвачена большая добыча.

Почти вся Эфиопия была разорена. На значительной части ее укрепились воины Левши, остальные земли подвергались набегам, разрушались церкви и монастыри. Богатства христианских правителей и церкви перешли в руки мусульман. По сообщению хроник, «они… разрушили все дома молитвы, стены которых были сооружены из серебра, золота, драгоценных камней, камня индийского. Они перебили множество верующих мечами и пленили юношей и дев, мальчиков и девочек, и продали их в рабство… Тогда многие оставили веру церкви христианской и совратились в веру мусульман… В эти дни был голод великий в земле Абиссинской».

Но вскоре голод коснулся и завоевателей, начались эпидемии. Левша лихорадочно пытался организовать гражданскую власть и систему управления, наладить мирные отношения с христианами. Для этого он собирался жениться на дочери Лебна-Денгеля. Когда этот замысел не удался, он постарался использовать его сына Мину, в 1540 г. попавшего в плен. Левша окружил юношу заботой и любовью и даже женил его на своей дочери. Этим планам мирного урегулирования не суждено было сбыться. Слишком сильна была оппозиция воинствующих эмиров, для которых война и грабежи, а не мирное развитие, были основой и образом жизни. Мина был отослан «в подарок» йеменскому султану, правда, через год, после поражения и гибели Левши, его обменяли на сына последнего и позднее он стал императором.

ЦАРИЦА ЕЛЕНА

В поисках союзников негусы неоднократно обращались к португальцам. Первое посольство с письмом о помощи было подписано Лебна-Денгелем, но фактически послано Еленой (Ылени, ум. ок. 1522). Она была незаурядной личностью. Мусульманка по рождению, дочь Мехмеда, правителя подчиненной императору области Хадия, она крестилась после своей свадьбы с Зара-Якобом. Хотя ее отец и признавал сюзеренитет христианского правителя Эфиопии, тот ему полностью не доверял, боясь, что Мехмед при удобном случае перейдет на сторону традиционных противников центральной власти — правителей мусульманских султанатов на Востоке страны.

При дворе негуса, имевшего целый гарем, Елена была не главной женой, хотя и носила почетный титул «царицы справа». Она не имела тронного имени, как другие жены правителей, например Наод Могаса — жена негуса Наода (1494–1508, внук Зара-Якоба) и мать будущего правителя Лебна-Денгеля. Согласно эфиопским хроникам, «истинные царицы» или «царицы слева», первые женщины двора, получали новое имя, созвучное тронному имени супруга. Но обе царицы присутствовали на всех важных церемониях, чтобы уравновесить их влияние на принятие решений. После смерти Зара-Якоба Елена не покинула двор, уйдя в монастырь, как это делали эфиопские царицы и до, и после нее. Она продолжала активную политическую деятельность и при его преемнике Баэда-Марьяме, который «весьма любил и царицу справа Елену, ибо она была от бога совершенна во всем — в праведности, в вере, в молитве, в приобщении и в мирских делах — в изготовлении стола, в законе, в знании писания и речи». Елена принимала участие в придворной борьбе за престол после смерти самого Баэда-Марьяма, а затем и его младшего сына Наода и немало способствовала тому, что выбор знати был сделан в пользу юного Лебна-Денгеля, которому в то время едва исполнилось 12 лет. С этого времени Елена, сумев отстранить соперничавшие группировки знати, фактически стала правительницей страны. Многие деяния Лебна-Денгеля на деле и задумывались Еленой, и осуществлялись под ее неофициальным руководством. В их числе была и борьба против мусульманских султанатов. Елена считала важнейшим условием процветания и благополучия родины заключение мира и создание условий для внешней торговли, которая велась как раз через земли, охваченные войной. Когда планы замирения не увенчались успехом, Елена начала поиски союзников в христианском мире. Выбор пал на португальцев, уже знакомых с Эфиопией, к которым решили отправить посольство.

ПОСОЛЬСТВА ЕЛЕНЫ В ЕВРОПУ

Послом был выбран торговец-армянин Матфей (Матевос). Армяне издавна бывали в Эфиопии, со временем возникла многочисленная община, существующая и поныне. Выбор именно армянского купца определялся и тем, что официально он являлся «райя» — подданным Османской империи, любого другого «первый же турок, в чьей власти он мог оказаться, продал бы… в рабство». В письме, подготовленном для португальского короля, Елена предлагала заключить союз против мусульман и скрепить его династическим браком, за пределами страны совместно бороться с мусульманами. Предполагалось, что Португалия вышлет для этого морской и сухопутный корпус.

После долгого путешествия (начавшегося в 1510 г.) через Гоа в Индии (где была штаб-квартира генерал-губернатора «обеих Индий», главы португальской колониальной империи) Матевос добрался до Португалии и вместе с португальским дипломатом Дуарте де Галваном повез в 1515 г. ответное письмо короля Мануэла, но это посольство не добралось до Эфиопии, уже прочно отгороженной от христианского мира мусульманскими султанатами.

Только в 1520 г., после смерти Матевоса, в страну прибыло ответное посольство, имевшее лишь дипломатические цели. Однако это было первым шагом для установления новых отношений между Эфиопией и Европой. В Португалию и Рим были посланы дорогие дары и письма, в которых выражалось согласие на занятие португальскими гарнизонами побережья Красного моря, на утверждение там католического епископата. Эти предложения тогда остались без ответа.

Неудачей окончилась и попытка Елены в 1516 г. добиться от Египта заключения договора о мире и торговле, поскольку вскоре Египет был захвачен турками. На смену же дипломатической осторожности Елены пришла воинствующая политика Лебна-Денгеля. Хотя постаревшая царица Елена по-прежнему была любима народом, она перестала участвовать в политической жизни страны, покинула двор и переселилась в свой удел в Годжаме, ведя жизнь благочестивой богатой христианки.

ПОРАЖЕНИЕ МУСУЛЬМАНСКИХ СУЛТАНАТОВ

После проигранной в 1531 г. кампании войска Лебна-Денгеля были вынуждены отступить в глубь страны. Власть императора, ставка которого была расположена высоко в горах, еще держалась, хотя христиане вынуждены были сдавать позицию за позицией. Лебна-Денгелю пришлось вновь обратиться за помощью к Португалии. Около 1535 г. в Лиссабон и Ватикан с царским посланием отправился Жоан Бермудеш, уроженец Галисии и участник португальского посольства 1520 г., живший при дворе в качестве заложника. Но сам Лебна-Денгель не дождался ни ответа европейцев, ни поражения старого противника. Его сын и преемник Клавдий (Галадеус, 1540–1559) оказался счастливее.

Его войска одержали ряд побед и начали постепенно освобождать потерянные ранее территории. К тому же у берегов Красного моря наконец появился флот под командованием нового вице-короля Индии дона Эштебана да Гама. С ним прибыло 400 воинов со 130 слугами. Этот отряд под командованием брата вице-короля Криштована отправился на соединение с войсками Клавдия. Первые совместные действия были весьма успешными — удалось обеспечить покорность перешедших в ислам мятежных вассалов негуса в приморских провинциях. К этому времени к сопротивлению, помимо войск негуса, стал переходить и измученный народ. Отряды вдовы Лебна-Денгеля, царицы Сабла Вангель, — крестьяне, поднявшиеся против мусульман, и португальцы, идя на встречу с войсками Клавдия, провели ряд военных операций против войск Ахмеда Граня и разбили их 4 апреля 1542 г. Левша был ранен, а воины его обращены в стремительное бегство.

Эта победа вдохновила эфиопов, упавших духом за годы несчастий. Даже неудачи в августе этого же года не развеяли надежды на лучший исход, тем более что вскоре произошла встреча Клавдия с войсками. Не остановила их и гибель Криштована да Гама, захваченного в плен Ахмедом. Решительное сражение при Вайна Дага произошло 20 февраля 1543 г. Во время него погиб и сам Ахмед, бывший долгие годы грозой не только христиан, но и непокорных соседей-мусульман. После его кончины еще продолжались военные столкновения между войсками негуса и исламскими воинами, но исход их был уже предрешен.

Со смертью Левши распалось единство созданного им султаната. Идея образовать единое государство из мелких разрозненных султанатов держалась скорее на авторитете Ахмеда, чем на действительной необходимости. Оставшись без идейного главы, преемники Левши не сумели противостоять массовому сопротивлению. Хотя время от времени и вспыхивали движения мусульман, но период могущества султанатов был уже позади. Султанаты вновь подчинились центральной власти. Окончательный же удар был нанесен еще через четыре года, когда Клавдий совершил победоносный поход на Адаль, «разрушил укрепления их и открыл их запертые города, землю их, землю Адаль, он сделал обитаемой птицами».

ВОЙНЫ С ГАЛЛА, ФАЛАША И ОСМАНАМИ

Тем не менее внутреннее положение Эфиопии оставалось довольно сложным. К войнам с мусульманами, которых поддерживали турки, завоеваниям горных районов, заселенных фалаша (народом, придерживающимся иудейской веры), восточных земель и все еще не до конца покоренных народов центральной части страны добавились вторжения скотоводческих племен народности галла (оромо), составляющей ныне почти половину населения страны. Эти воинственные кочевники-скотоводы, двигавшиеся с юга, давно беспокоили Эфиопию своими набегами. У них сохранялась система возрастных классов «гада», согласно которой все мужчины проходили социальные ступени воинов и старейшин, право же на вхождение в каждую страту они должны были добывать в сражениях.

XVI–XVII века — время непрерывного сопротивления набегам галла. Однако в результате галла, как и фалаша, вошли в состав Эфиопского государства, отдельные представители их знати пополнили элиту империи. Отряды же воинственной молодежи использовались императорами как наиболее эффективная ударная сила. Успехи этого периода связаны с именем Сарса-Денгеля (1563- 597), который укрепил центральную власть, подавил внутреннее сопротивление феодалов, замирил фалаша и ликвидировал мусульманскую угрозу. До конца жизни он продолжал бороться против галла. В конце концов те расселились чересполосно с земледельцами, используя как пастбища неудобья.

По крайней мере до XVII в. области фалаша оставались не полностью подчиненными власти негуса. На отдельных амбах (горах с плоскими вершинами) оставались их самостоятельные владения. Да и в тех областях, где жители уже были обращены в христианство, они нередко возвращались к «вере отцов своих». «Хроника царя Клавдия» говорит о ряде областей: «Все они отступили и сделались иудеями, оставив христианство, и убили многих людей из Амхары. Когда царь выступил, они сразились с ним, осилили его, прогнали и сожгли все церкви в своих областях». Такие выступления жестоко подавлялись. Однако в то время центральная власть была не настолько сильна, чтобы полностью покорить горы и плато Сымен. Во главе фалаша стояли «цари», часто братья или близкие родственники, народ занимался земледелием, но земли было немного, и она не давала богатых урожаев на крутых склонах и в достаточно холодном климате.

Первое серьезное столкновение произошло во время правления Мины (1559–1563). Но поход 1559 г. оказался безуспешным. Неудача его отчасти была связана с распылением сил — только что закончилась война с мусульманскими владыками на Востоке, а на Северо-Востоке вспыхнул мятеж: Исхак, правитель провинции, стремился посадить на престол другого императора и пригласил на помощь турок, даже отдав им часть территории на побережье Красного моря.

В царствование Сарса-Денгеля велись, пожалуй, самые ожесточенные сражения с фалаша, особенно серьезные в 1579 г. Причинами сопротивления фалаша были как требования выплаты непосильной дани, так и нежелание насильственной христианизации. Возглавили это сопротивление Радаи и Калеф. Воины фалаша были плохо вооружены, но они умело использовали возможности рельефа. Укрепления строили на плоских вершинах с крутыми склонами, устраивали засады за утесами и в пещерах, разрушали узкие тропы, чтобы по ним не прошли мулы и кони. На вершинах делались запасы — груды камней, чтобы скатывать их во время битвы. Использовали фалаша и тактику «выжженной земли». Хронист пишет: «Калеф же, брат Радаи, начал жечь огнем дома вместе со всем, что в них было. И хлеб, который был по соседству, сжег он, ибо созрел (хлеб) в это время и настало время жатвы. И пожег он связанные снопы без пощады. И сделал он это, ибо полагал, что возвратятся они (враги. — Э.77.), когда не достанет им пищи». Воины сражались «яростно летящими копьями, камнями брошенными, ружьями и стрелами».

Но исход сражения решила артиллерия амхара (эфиопов-христиан). Когда она ударила, «смутился Калеф и все войско его, смешалось все его войско ратное, ибо показалось им, что ударила в них молния с неба». Расправа была жестокой — приказано было не щадить ни мужей, ни жен, ни стариков, ни младенцев и не оставлять никого «из ходячих ногами». В 1596 г. фалаша вновь восстали. Упорство, с которым этот народ во главе с Радаи не желал подчиняться императорской власти, приводило современников в изумление. Будучи осажденными, отрезанными от источников питьевой воды, они совершали дерзкие вылазки, убив многих осаждающих и считая, что «лучше погибнуть с честью, чем жить в позоре». Все же многим «амба» пришлось сдаться, большую часть мужчин убили. Жен и дочерей павших подарили государю. Однако Гедеон, один из военачальников фалаша, сумел бежать, пройдя с 15 щитоносцами стан царских воинов. Возможно, его успешному бегству способствовало то, что его близкая родственница была женой правящего императора.

На Северо-Востоке императоры сталкивались с силами Османской империи. Эфиопские хроники впервые упоминают о турках в 1518 г. Сначала они лишь время от времени совершали набеги, довольствуясь добычей. Позднее к северу от эфиопских владений был основан вилайет Хабашат, а на берегу Красного моря возникли маленькие крепости с военными гарнизонами. Интересы и основные силы Османской империи были сосредоточены на иных направлениях, им пришлось даже ликвидировать вилайет. Турки играли прежде всего роль торговых посредников с внешним миром, ибо дорога к нему шла через контролируемую ими прибрежную зону. Позднее, когда Эфиопия переживала внутренние смуты, османы пытались (неудачно) завоевать ближайшие территории, выступая союзниками Ахмеда Граня. После нескольких поражений основанные турками крепости признали власть императора, многие их жители перешли к нему на службу. Знать назначали начальниками гарнизонов, прочие становились солдатами-наемниками. Так во второй половине XVI в. была не только восстановлена целостность страны, но и приобретены новые земли.

Сарса-Денгель оставил после себя налаженную систему получения налогов с провинций. Из южных областей поступали золото, скот, мулы, шкуры диких животных; из северных — лошади и заморские товары (шелк, фарфор, одежда); из центральных — золото, хлопок, украшения, мед. Однако местные правители и феодалы по-прежнему пользовались немалой властью. С прекращением бесчисленных войн и умиротворением страны их центробежные стремления возросли и они стали вновь задумываться о былой самостоятельности. Голодные годы, неурожаи и эпидемии осложнили положение внутри страны. После многолетних войн Эфиопия была разорена. Не раз вспыхивали восстания простого люда. В 1687–1688 гг. такое восстание поднял Йисхак-Уорення (Поджигатель), кузнец из Годжама. Эти движения, как и попытки отдельных феодалов добиться независимости, жестоко подавлялись.

Сложное положение усугублялось борьбой за престол после смерти Сарса-Денгеля. Три следующих негуса быстро сменили друг друга. При этом возрастало влияние в стране португальцев, которые претендовали на высокие должности, проводили миссионерскую деятельность. Особенно активно действовали иезуиты. Еще в 1554 г. был назначен католический патриарх Эфиопии. Позиции католиков упрочились при дворе императора не сразу. Их встретили настороженно, проводили богословские диспуты, синод в 1558 г. осудил идеи иезуитов. Но уже на рубеже XVI–XVII вв. в Эфиопии в среде как светской, так и духовной знати появились не только противники, но и сторонники католиков. Последним разрешили проповедовать, жениться на местных женщинах, владеть землями.

Зе-Денгель (1603–1604), сумевший на время захватить престол у негуса Якоба I (1597–1603, 1605–1607), начал переписку с римским папой Климентом VIII и королем Испании и Португалии Филиппом III. Он предложил заключить междинастийный брак и вместе выступить против Османской империи на Красном море. Также негус просил прислать специалистов: ремесленников-строителей, оружейников и воинов. Чтобы пополнить казну и ограничить притязания сепаратистов, он, подавив в 1604 г. восстание Лжехриста, назначил твердый размер подати в зависимости от урожайности земель (до этого его определяли сами феодалы). Все это вызвало недовольство и феодалов, и церковников (глава православной эфиопской церкви абуна Петрос даже отлучил его), и Зе-Денгель погиб в сражении с восставшими. Негус Якоб смог установить хорошие отношения с абуной, но в то же время в 1607 г. разрешил открывать миссионерские школы.

ПРАВЛЕНИЕ СУСЕЙНОСА

В том же году власть была захвачена Сусейносом (Сиссинией). На его правление пришлись самые жестокие и кровопролитные войны с фалаша. Речь шла уже не о сопротивлении отдельных «княжеств», а о хорошо организованном движении, которое возглавил Гедеон. К фалаша присоединились и другие народы этого региона. «Знаменем» движения был некий Якоб, выдававший себя за сына Сарса-Денгеля. По словам хрониста, Гедеон возглавил войско «безумцев, ему подобных, всех бедных, всех несчастных, всех неоплатных должников». В течение нескольких месяцев 1614 г. восставшими было захвачено восемь областей. Понадобилась концентрация всех сил царской армии, чтобы захватить сначала одну, затем другую амбу и, наконец, последний оплот Гедеона и Якоба — амбу Сатанеет. Осада ее продолжалась два месяца, после чего Гедеон был вынужден выдать Якоба. В 1616 г. «… во всех землях, где есть фалаша, приказал царь убивать их. И убили всех без остатка, и не спасся никто, кроме нескольких фалаша, которые бежали…»

Однако сам Гедеон не был схвачен и продолжал борьбу в 1622 и 1623 гг. Неоднократно он обращал царские войска в бегство и захватывал обозы со всем имуществом. Сначала успех сопутствовал фалаша, они захватили ряд амб, некоторые жители страны перешли под их знамена или заключили с ними мирное соглашение. Однако вскоре превосходящие силы правителя одолели «Гедеона-иудея, который при четырех царях… пытался воевать» и «воцарил трех самозванцев». Гедеон был казнен. Но еще долго пришлось покорять остальных участников движения. А затем «царь царей расставил все войско ратное по входам и выходам в земли фалаша».

И хотя походы против неспокойных фалаша еще время от времени происходили (в 1671, 1674, 1692 гг.), в конце XVII в. кончается самостоятельное существование свободных «княжеств» и начинает складываться особая «этно-кастовая» группа ремесленников-фалаша в социальной структуре страны. Лишь немногие фалаша продолжали заниматься земледелием, но уже как арендаторы, а не владельцы земли. В основном мужчины стали кузнецами, ювелирами и ткачами, а женщины — горшечницами. Эти занятия считались в Эфиопии если не презренными, то неуважаемыми. Постепенно, однако, в царском войске появились отряды фалаша, которых считали храбрыми и надежными воинами и посылали в самые ответственные походы. Некоторые (среди них бывали и женщины) получали титулы и земельные пожалования. Большую роль в изменении положения фалаша сыграло начавшееся на рубеже XVII–XVIII вв. особенно широкое (по сравнению с предыдущими периодами истории Эфиопии) городское и монастырское строительство, в котором самое активное участие приняли фалаша-каменщики, кузнецы и другие ремесленники. Сусейнос (Сиссиний), много воевавший с фалаша, опирался на феодалов, которым он раздал выгодные посты в противовес церковникам, жаждущим верховной власти. Поэтому он привечал и католических миссионеров, и галла. Если последние ранее занимали лишь пустующие земли, как правило непригодные для земледелия, то теперь император жаловал им земли в лен, зачастую отбирая их у монастырей. Он, как и его предшественник, вел переписку с Ватиканом и испанским двором (1607, 1610, 1615 гг.). Росло число католиков. В 1624 г. в Эфиопию прибыл назначенный патриархом иезуит Мендес. Многие португальцы годами жили в стране и некоторые из них оставили ценные описания (например, М. Алмейда, И. Лобо и ряд других). Они воспринимали эфиопов-монофиситов как еретиков, а то и язычников, что рассматривалось местными жителями как унижение.

В 1621–1622 гг. сам император Сусейнос и ряд придворных были тайно крещены по католическому обряду, а в 1628 г. католичество было объявлено государственной религией. Многие священные книги перевели с древнего языка гыэз (на котором и сегодня ведется церковная служба) на разговорный, что было воспринято как святотатство. Все это вызвало негодование широких масс, от знати до простого люда, вылившееся в настоящую гражданскую войну «за веру отцов». Сопротивление приверженцев отчей веры войскам императора, поддерживаемым иезуитами, возглавил сын Сусейноса

Фасилидас. В вооруженных столкновениях погибало немало эфиопов. Сусейнос воскликнул после одной из своих побед: «Это не победа, ведь перед нами — не враги, а наши подданные!» В 1632 г. император публично отрекся от престола в пользу Фасилидаса (1632–1667). Мендес призывал его не прекращать борьбу, но Сусейнос оставался тверд в своем решении. Был созван церковный собор, на котором присутствовали и сторонники Мендеса. После ожесточенных споров было объявлено официальное возвращение к традиционной вере. Католики были изгнаны сначала из центральных провинций, а затем из страны.

Выступления против иезуитов, однако, не смягчили противоречия внутри эфиопской церкви. Внутрицерковные споры между двумя основными направлениями (тавахдо и кыбат) продолжались. И те и другие помимо догматических расхождений хотели влиять на императорскую власть и даже претендовали на превосходство церковной власти над светской.

ГОНДЭРСКИЙ ПЕРИОД

Со времени Фасилидаса начался новый, не столь бурный период истории Эфиопии, известный как «Гондэрский» по названию столицы, построенной Фасилидасом.

ФАСИЛИДАС И ЕГО СТОЛИЦА

Долгое время у императорского двора не было постоянной столицы. Эфиопские правители объезжали страну, собирая подати и осуществляя контроль над областями, и временной столицей считалась ставка правителя. Позднее некоторые из них устраивали постоянную ставку на период дождей, но каждый создавал новую. Гондэр стал первым столичным городом. Он был основан в глубине страны в целях защиты от набегов кочевых племен и бесконечных волнений в окраинных провинциях. Фасилидас и его преемники построили большой город с великолепным дворцовым комплексом, включающим замки, библиотеку, сокровищницу, бассейны с запасами воды, погреба со съестными припасами. Комплекс, занимавший территорию около 7 га, был обнесен высокой стеной с 12 воротами. Каждый новый правитель строил себе собственный дворец. Возводились и храмы. Самый значительный памятник церковной архитектуры этого времени — монастырь Дебре Бырхан Селассие, который и ныне поражает соразмерностью и красотой фресок, покрывающих все стены и потолок главного помещения.

Гондэр стал олицетворением и сосредоточением силы централизованной власти. Здесь был сформирован сложный аппарат управления, содержались отборные воинские подразделения (своеобразная «царская гвардия»). Если до этого правители Эфиопии, как и короли средневековой Европы, буквально «не вылезали из седла», то Фасилидас, отправляя войско в поход во время сухого сезона, нередко оставался «в столице своей».

В Гондэре существовали отдельные кварталы ремесленников: кожевников, гончаров, портных, ювелиров, оружейников. Хроника о строительстве монастыря Дебре Бырхан Селассие упоминает чаши и кадильницы, кувшины, потиры, чаши для омовения рук, венцы и кресты золотые и серебряные.

Дворец негуса Фасилидаса Фасил-Гебби. XVII в. Гондэр, Эфиопия

Фасилидас сумел добиться внутренней стабилизации и укрепить внешние торговые и дипломатические связи. Прочными стали союзнические отношения с Адалем, Сеннаром, государствами Южной Аравии, Османской и Могольской империями. Практиковался обмен посольствами, учеными, художниками, ремесленниками. Армянские священники участвовали в церковных диспутах. Индийские архитекторы и каменщики вложили свой труд в строительство дворцового комплекса, оставив своеобразную «подпись» — изображение окна в индийском стиле на стене одной из зал дворца Фасилидаса. На некоторых иконах император Эфиопии изображался в придворной одежде Великих Моголов.

Несмотря на относительное спокойствие Гондэрского периода по сравнению с предыдущими, в течение всего XVII в. центральные области страны продолжали беспокоить набеги галла, к тому времени уже прочно обосновавшихся на Юго-Востоке Эфиопии. Этот народ тогда еще не сформировался как единое целое, и разные племена по-разному участвовали в истории страны. Часто их, храбрых и непритязательных воинов, использовали в междоусобицах.

Завершает XVII в. правление Иясу I (1682–1706), который в походах 1692–1693 гг. окончательно усмирил северные области. Стремясь смягчить конфликты и разрешить противоречия, он провел важные реформы: экономическую и административную. Им были смещены ведущие соратники его отца и предшественника Йоханыса (Иоанна) I (1667–1682), поддерживавшего кыбат. Около 1689–1690 гг. была проведена реорганизация мыкыр бет — совещательного органа, в который входили высшие светские, военные и церковные сановники. Самые важные полномочия в ущерб церковникам достались светским сановникам, особенно происходившим с Севера (который был важен из-за контроля над внешней торговлей). Иясу I удалось добиться (путем переговоров и вооруженными экспедициями) выгодных для Эфиопии условий торговли с османским ставленником в Массауа, прекратить грабежи купеческих караванов, установить твердые пошлины на товары, как ввозимые, так и вывозимые (зерно, масло, кофе, скот). Благодаря этим реформам и всей деятельности Иясу I страна достигла благополучия. Мирные внешние связи значительно ее обогатили. Наполнялась казна, увеличивалась роскошь убранства жилищ знати. Свидетельством этого, в частности, служат описания дворцов и храмов той поры — с золотой утварью, заморскими коврами, зеркалами, мебелью ценных пород дерева с отделкой из слоновой кости и т. п. Продолжалось монументальное строительство. Хронист, с восторгом описывая сооружение и роскошное убранство монастыря Дебре Бырхан Селассие, завершает повествование фразой: «И все это создал Иясу руками мастеров своих».

Средневековый период был временем культурного подъема страны. Уже тогда сложилась своеобразная каста азмари или лалибела — бродячих певцов и музыкантов. Они были и хранителями устной традиции, воспевавшими военачальников и феодалов, при дворах которых зачастую надолго останавливались, и вдохновителями движений сопротивления. В народной культуре сохранялось множество черт язычества, однако официальная культура, безусловно, была христианской.

К XVI–XVII векам складывается новый стиль церковной архитектуры (круглые или восьмигранные сооружения). Внутренние стены храмов расписывались фресками, украшались иконами. Особенно поражает полностью покрытый росписью, сохранившейся до наших дней, храм монастыря Дебре Бырхан Селассие. Средневековая эфиопская живопись развивалась и в форме книжной миниатюры разнообразной тематики: здесь и изображения правителей, святых и священнослужителей, и иллюстрации к библейским и историческим сюжетам, и рассказы о войнах с мусульманами, и бытовые картинки. На рубеже XVI–XVII вв. и в дальнейшем становится заметно влияние европейской церковной живописи. При всех монастырях существовали школы и хранилища книг. А в Гондэре появились светская библиотека и светская школа, куда принимали и девочек.

При дворах правителей жили придворные хронисты и поэты. В XVII в. в монастыре Дебре Бырхан Селассие близ Гондэра прославился стихотворец, знаток богословия и истории церкви Селассие. Одновременно составлялись «Истории царей», достоверно отражающие реальные события, и «Жития», в которых правитель представал в идеальном образе. Был создан ряд светских произведений, таких как «Кэбре Ныгест» об истории династии и страны; «Сырыате Мэнгыст» (Правила царства) — своеобразный свод правил этикета и управления. Расцветали разные поэтические жанры, в том числе восходящий к XVI–XVII вв. жанр кыне, называемый также «воск и золото» — иносказание, где под внешне простой и ясной формой скрывался истинный сокровенный смысл. Поэзией и живописью занимались и сами правители, например Наод и Клавдий (Галадеус), который в своих сочинениях выступал против иезуитов и мусульман. При дворах практически всех правителей страны устраивались поэтические состязания, на которые съезжались участники со всей Эфиопии.

Столь же популярны были занятия музыкой. Фасилидас устраивал на крыше своего дворца в Гондэре своеобразные песенные состязания клира ближайших храмов и щедро награждал победителей.

 

Поиск

Поделиться:

ФИЗИКА

ХИМИЯ

Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru