ОСНОВНОЕ МЕНЮ

НАЧАЛЬНАЯ ШКОЛА

РУССКИЙ ЯЗЫК

ЛИТЕРАТУРА

АНГЛИЙСКИЙ ЯЗЫК

ИСТОРИЯ

БИОЛОГИЯ

ГЕОГРАФИЯ

МАТЕМАТИКА

ИНФОРМАТИКА

ИТАЛИЯ В XVI ВЕКЕ

ГЛАВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ ПЕРИОДА

Хотя итальянские республики первыми в Европе вступили на путь динамического развития начиная еще с XIII–XIV вв., в XVI–XVIII вв. итальянцы (вместе с немцами) перешли на положение отстающих по сравнению с другими западноевропейскими нациями. Причины этого заключаются в особенностях экономической и политической конъюнктуры, поставившей Италию в зависимость от более сильных соседних держав.

Тем не менее призывы освободить Италию от варваров, повторяющиеся в эту эпоху от Петрарки до Гвиччардини, свидетельствуют о зарождении национального самосознания, а исследования историков второй половины XX в. показали, что общий кризис в стране, с которым по традиции связывали закат Возрождения и следующие за ним столетия, развивался не столь стремительно и был не столь универсальным, как может показаться на первый взгляд. Во всяком случае, XVI век, несмотря на войны и потрясения, был одним из самых блестящих в истории Италии, которая оставалась законодательницей в области техники, финансов, торговли, культуры и идеологии — будущие соперники во многом еще только учились у нее.

Главные события этого периода, происходившие на Апеннинском полуострове или затронувшие его — это взлет ренессансной культуры и начало ее упадка, формирование искусства барокко, реформационный взрыв и развертывание католической Реформации, Итальянские войны, освоение Нового Света, борьба с экспансией Османской Турции, перемещение торговых и финансовых потоков. Все эти события разворачивались на фоне конфликтов между отдельными крупными и мелкими итальянскими государствами. В конечном итоге эти конфликты превратили страну в арену борьбы католического и христианнейшего королей — короля Испании (с 1519 до 1556 г. Карл V совмещал этот титул с императорским) и короля Франции.

Если внешняя экспансия западноевропейских стран в XVI–XIX вв. связана с колонизацией заморских территорий, то период Итальянских войн и последующих за ним переделов можно назвать попыткой внутренней «колонизации» (в смысле передела территорий) этой процветающей и развитой части Европы.

Войны за Италию были в этот период отчасти еще борьбой за влияние во всем католическом, т. е. западнохристианском мире. В некотором смысле это был последний всплеск борьбы за овладение миром в духе средневекового универсализма. В то же время наличие папства как особого центра западного мира, как и укоренившиеся в Италии традиции государственной самостоятельности помешали Испании полностью поглотить ее территории, хотя со второй половины XVI в. ее господство на полуострове было неоспоримым.

ПОЛИТИЧЕСКАЯ СИТУАЦИЯ

К началу XVI в. на территории Италии существовало несколько относительно крупных государственных образований: королевства Неаполитанское и Сицилийское, герцогство Миланское, герцогство Савойское, владевшее Пьемонтом, республики Флоренция, Венеция и Генуя, Папское государство. Почти все они в итоге Итальянских войн оказались под управлением или влиянием Испании, исключение составили Савойя и Венеция, отчасти герцогство Тосканское и папские владения. Более мелкие итальянские государства зависели от своих соседей и были предметом их распрей, не говоря о притязаниях иностранных держав. Это герцогства Мантуя, Феррара, Урбино, республики Лукка и Сиена, маркизат Монферрат, города области Романья — общим счетом около пятидесяти самостоятельных владений.

Мотивом для начала войн послужили традиционные притязания Франции на Неаполитанское королевство и раздоры итальянских государей, которые удавалось улаживать миром примерно до 1492 г., когда умерли правитель Флоренции Лоренцо Медичи Великолепный и папа Иннокентий VIII. Нашествию французов способствовал конфликт между неаполитанским королем Фердинандом I и правившим в Милане Лодовико Сфорца по прозвищу Моро, который отстранил от власти своего племянника Джан Галеаццо и его жену Изабеллу, внучку Фердинанда. В сентябре 1494 г. французский король Карл VIII перешел с двадцатипятитысячным войском через Альпы и беспрепятственно добрался до Неаполя. Во Флоренции приход французов привел к смене режима: изгнанию Медичи. В Риме, занятом Карлом, папа Александр VI Борджиа (формальный суверен Неаполя) был вынужден признать его права на королевство. Сын умершего в том же году Фердинанда Альфонс II отрекся от престола в пользу своего наследника Фердинанда II (Феррандино), но Неаполем завладели французы. Они пробыли здесь всего три месяца с февраля по май 1495 г., так как быстро настроили против себя местное население, а бывшие союзники, в том числе Моро, и соперники, напуганные чрезмерными успехами Карла VIII, создали антифранцузскую Святую лигу. Карлу с трудом удалось пробиться на родину, выдержав кровопролитную битву при Форново-ди-Таро 6 июля 1495 г. с венецианско-миланским войском. Следующую попытку обосноваться на итальянской территории предпринял преемник Карла VIII Людовик XII, который по материнской линии был правнуком герцога миланского Джан Галеаццо Висконти и объявил о своих наследственных претензиях. Государства Северной и Средней Италии были заинтересованы в ослаблении Милана, поэтому французам было легко войти в него (1499) и весной 1500 г. окончательно разгромить Лодовико Моро, который остаток своих дней провел во французском плену. Одновременно Людовик XII заключил тайный Гранадский договор с Фердинандом Католическим о разделе королевства Неаполитанского, на престоле которого находился родственник последнего Федериго II Арагонский. К марту 1502 г. его владения были захвачены испанцами и французами, которые, однако, занялись их переделом. Французское войско потерпело поражения при Чериньоле и при Гарильяно, так что на Юге Италии безраздельно воцарился Фердинанд Католический, уже владевший Сицилией, а Милан остался за Францией. Венеции удалось поживиться за счет обеих территорий — на Юге она захватила ряд портов Апулии, на Севере — часть Ломбардии. В Средней Италии Флоренция пыталась вернуть себе с помощью французов отложившуюся от нее Пизу, но главным камнем преткновения была область Романья, формальный феод папы. Сначала Александр VI Борджиа намеревался объединить все мелкие владения Романьи под властью своего сына Чезаре, затем, после краха этих планов, здесь столкнулись интересы нового папы Юлия II (1503–1513) и той же Венеции. В 1508 г. все ее противники (папа, император, Франция, Испания) объединились в составе Камбрейской лиги и нанесли венецианцам 14 мая 1509 г. тяжелое поражение при Аньяделло, в результате которого они временно лишились почти всех владений на материке (Террафермы). Однако папу не устраивало чрезмерное усиление французов, и он заключил с Венецией и Испанией Святейшую лигу (1511), провозгласив ее целью изгнание из Италии «варваров». Хотя французы не потерпели военного поражения, битва при Равенне 11 апреля 1512 г. подорвала их позиции в Италии, и они покинули Ломбардию. В Милане к власти с помощью нанятых папой швейцарцев пришел сын Лодовико Моро Массимилиано. Во Флоренции также с помощью войск Лиги было восстановлено правление Медичи. Борьбу за Ломбардию, теперь уже при поддержке Венеции, продолжил следующий французский король Франциск I, который разбил в 1515 г. при Мариньяно швейцарцев, контролировавших Милан, и занял город и крепость. Существенным моментом, нарушившим равновесие сил в Италии и Европе в целом и определившим дальнейший ход Итальянских войн, стало избрание испанского короля Карла Габсбурга на императорский трон (на него претендовал и Франциск, но традиция избрания немцев не была нарушена). Предальпийские итальянские земли, разделявшие северные и южные испано-имперские владения, стали ареной борьбы Франции и Испании за гегемонию в Европе, как и позднее, во второй половине столетия, пограничные территории между Францией и Нидерландами. В 1525 г. испанская армия, состоявшая в основном из итальянцев, разгромила французов при Павии, причем Франциск провел один год в плену. Решительный перевес Испании привел к созданию против нее в 1526 г. Коньякской лиги в составе папы, Франции, Венеции, Генуи, герцога Миланского (Франческо II Сфорцы, посаженного в 1521 г. императором в пику французам) и Флоренции (ее политикой руководили Медичи, в лице Льва X и Климента VII занимавшие с небольшим перерывом в 1513–1534 гг. папский престол). Война Коньякской лиги, последняя, в которой итальянцы имели возможность отстаивать независимость страны в целом, была «позиционной». Папа стремился договориться с императором мирно и согласился распустить Лигу, но наемные отряды имперских ландскнехтов самовольно вошли в Рим 6 мая 1527 г. и подвергли его трехдневному тотальному разграблению. Разгром Рима стал символическим событием, сопоставимым с аналогами тысячелетней давности. Папа оказался во власти императора, независимость сохранила только Венеция, во Флоренции (в апреле) вспыхнуло новое восстание против Медичи и установилась республика, просуществовавшая три года. В августе 1530 г. Клименту VII с помощью испанцев удалось восстановить господство своей семьи над городом. К этому времени очередная попытка Франциска I завоевать Неаполь завершилась неудачей, 3 августа 1529 г. был заключен мир в Камбрэ, а в феврале 1530 г. папа венчает Карла V в Болонье императорской короной.

Итальянские войны

Новым поводом к войне послужила смерть герцога Миланского Франческо II Сфорца в 1535 г.; его титул унаследовал Карл V, а Франциск I снова заявил притязания на Ломбардию. Военные действия с небольшими перерывами продолжались до 1546 г., несмотря на мир в Крепи. При этом Франциск вступил в союз с осаждавшими владения Габсбургов турками; французы завладели Савойей. Война в это время перемещается за Альпы, где французы находят поддержку в лице лютеранских князей, противников императора. После смерти Франциска I в 1547 г. борьбу продолжил его сын Генрих II, противником которого после отречения Карла V в 1556 г. стал сын последнего испанский король Филипп II, получивший почти все его владения кроме австрийских. В 1557 г. испанские войска под командованием герцога Савойского Эммануила Филиберта разбили французов при Сен-Кантене, а в 1559 г. был заключен Като-Камбрезийский мир, положивший конец Итальянским войнам. Сицилия, королевство Неаполитанское, Сардиния и Ломбардия с Миланом остались за испанцами. Под управлением испанского короля находился также форпост на южном побережье Тосканы, контролировавший зону Тирренского моря. Он известен под названием Государство гарнизонов (Stato del Presidi) и занимал часть территории бывшей Сиенской республики, подчиненной испанцами и медичейской Флоренцией в ходе их войны против сиенцев и французов 1552–1559 гг. Крупнейшими формально независимыми государствами, кроме Венеции, были Генуя, Папские владения и герцогство Тосканское, которые, однако, находились под влиянием Испании. Французскому королю достался в Италии только маркизат Салуццо; Савойя и Пьемонт перешли под власть Эммануила Филиберта, в тот момент союзника испанцев. Итальянские войны были периодом распространения ренессансной культуры, зародившейся во Флоренции примерно за двести лет до этого, на другие страны Европы, прежде всего на Францию, где издавна жили флорентийские купцы, банкиры, политические беженцы и позднее художники. Хотя Возрождение считается общеевропейским явлением, в каждой стране оно отличалось специфическими чертами, связанными с формированием отдельных наций и национальных культур. В Германии, в частности, роль «национальной идеи» играла Реформа, направленная против папства, и это не могло не сказаться на отношении к итальянцам вообще, при том что их влияние во всех сферах было неоспоримо. В Италии же, напротив, с начала XVI в. главными меценатами и ценителями искусства становятся римские папы, и это положение не изменилось и с наступлением Контрреформации и эпохи барокко, искусство которого было поставлено на службу Церкви. Если говорить о национальной (этнической) стороне культуры, Ренессанс был порождением собственно итальянской культуры в зачаточной стадии ее становления (первой национальной культуры в Европе), соответственно обремененной политическими «пережитками» средневекового универсализма в виде папства, раздробленности, подчиненности империи, воспоминаний о величии римлян и их языка. Пережитками в кавычках, потому что они же содействовали созданию неповторимой культуры Возрождения. Как бы там ни было, великие итальянские политические писатели начала XVI в., Макиавелли и Гвиччардини, рассуждают как итальянцы, оставаясь при этом патриотами Флоренции.

ОБЩЕСТВЕННАЯ МЫСЛЬ, ЛИТЕРАТУРА И ИСКУССТВО

Макиавелли (1469–1527), секретарь флорентийского правительства в период антимедичейской республики, в трактате «Государь» обращается к дому Медичи с призывом освободить Италию от варваров. Гвиччардини пишет первую «Историю Италии» в целом, посвященную как раз начальному периоду Итальянских войн. Размышления Макиавелли о новом государе предвосхищают теории «государственного интереса» конца XVI в., вызванные к жизни повсеместным становлением абсолютистских режимов и подчиняющие Церковь задачам государства. Но в отличие от них его сочинения проникнуты морализирующим ренессансным духом и скептицизмом по отношению к политике вообще, что объясняется и тогдашней ситуацией в Италии. Публицисты XVI в. единодушно обвиняют итальянских государей в своекорыстии и изнеженности, но множественность центров власти, соревновавшихся друг с другом, имела и свою положительную сторону: при итальянских дворах формировалась куртуазная культура, основанная на принципах Возрождения и привлекавшая себе на службу лучших художников и литераторов. Ренессансная культура этого времени сохраняла определенную цельность, выражавшуюся в единстве философской мысли, научного знания и художественного творчества.

Наиболее популярным литературно-философским течением конца XV — начала XVI в. стал унаследованный от медичейской Флорентийской академии неоплатонизм, сохранявший влияние до конца столетия. Гуманистов учение Платона привлекало своей диалогической формой и теорией познания, трактовавшей творчество как любовь или стремление порождать в красоте. В XVI в. платонизирующие теории любви берутся на вооружение авторами популярных трактатов об идеальном придворном (Бальдассаре Кастильоне) и литературными теоретиками (Пьетро Бембо). Учение о всеобщей одушевленности и космической силе любви исходит из единства мира, изначальной связи Бога и природы, оно сродни пантеизму, т. е. идее божественного присутствия во всех вещах. Подобные взгляды, включающие в себя представление о «симпатической связи» вещей и обосновывающие практику астрологии и магии, развивали крупнейшие итальянские натурфилософы XVI в. Джироламо Кардано (1501–1576), Бернардино Телезио (1509–1588), Франческо Патрици да Керсо (1529–1597). Идея практического использования знания сочетается у них с утверждением о его элитарности, о доступности скрытого высшего знания только для посвященных. Отголоски платонизма слышны в трактатах доминиканца Джордано Бруно (1548–1600), приговоренного к сожжению на костре по обвинению в ереси. Бруно был сторонником теории Коперника и говорил о существовании бесконечного числа миров.

Другим и более традиционным философским направлением считается аристотелевская, или перипатетическая школа, оплотом которой были университеты, прежде всего Падуанский. Ее представителей принято считать продолжателями схоластики, хотя они внесли свой вклад в развитие рационализма Нового времени, особенно благодаря исповедуемым многими из них принципам аверроизма: учению о единстве разума в индивидах и вытекающему из него отрицанию бессмертия индивидуальной души. Выходцем из Падуанского университета был Телезио, а наибольшую известность приобрел его профессор Пьетро Помпонацци (1462–1524), автор наиболее антиклерикальных концепций, принципиально отрицавший возможность и необходимость загробного воздаяния. Университет был также важнейшим центром изучения медицины и астрономии, в нем преподавал Галилей.

В искусстве начало XVI в. было вершиной развития выработанного гуманизмом гармонического сочетания античного идеала и христианской идеологии. Творчество трех крупнейших художников Ренессанса связано с Флоренцией и Римом. Леонардо да Винчи (1452–1519), живописец, изобретатель, инженер и исследователь, являет образец универсального гения этой эпохи и одновременно ее загадочности или двусмысленности — его произведения и биография не до конца вписываются в привычные рамки, мотивы его скитаний и поступков остаются плохо понятными, несмотря на расшифровку его многостраничных рукописей. Искусство для Леонардо было средством познания, как для платоников зрение — инструментом постижения красоты.

Младший современник Леонардо Рафаэль Санти из Урбино (1483–1520) воплотил идеал единства науки, веры и разума в ватиканских фресках, а представление о совершенной красоте — в портретах и в образах мадонн.

Микеланджело Буонарроти (1475–1564) за свою почти 90-летнюю жизнь был свидетелем нескольких исторических и культурных эпох. По его скульптурам и фрескам можно видеть, как менялось отношение общества к воплощению телесности в искусстве, которая была одним из открытий Ренессанса. Хотя Микеланджело едва дожил до того времени, когда обнаженные тела на ватиканских картинах и в скульптурах стали задрапировывать, эволюция его творчества от гармонического Давида до «Страшного суда», в котором прекрасная плоть уже вследствие своей избыточности соотносится с мыслью о бренности бытия, предвещает расцвет маньеризма, пресытившегося простым подражанием природе и поисками совершенства. Маньеристы (Джулио Романо, Пармиджанино, Понтормо, Бронзино) работали в эпоху противостояния Рима и Реформы, породившую новые идеологические требования и запросы; кроме того, утрате прежней цельности способствовали более мрачные настроения в обществе. Исключение составляла венецианская школа, сохранившая прямую преемственность с живописью начала века. Во второй половине XVI в. возникают художественные академии, в частности Болонская академия братьев Карраччи, целью которой было изучение классики. К концу столетия развивается «караваджизм», направление, восходящее к Караваджо (1573–1610) и широко внедрявшее в живопись бытовые, натуралистические и жанровые элементы. У самого Караваджо технический натурализм сочетался с глубоко философским осмыслением традиционных сюжетов, с противопоставлением света и тени, бытовых и патетических, светлых и сумеречных сторон жизни. В XVI в. завершился переход от восприятия изображений как сакральных или чисто украшательных к их осмыслению в качестве особого инструмента познания мира. Утверждаются жанры пейзажа и натюрморта, аллегории наполняются античными и общефилософскими мотивами. Началась эпоха барокко, для которой характерно более противоречивое и напряженное мироощущение по сравнению с Ренессансом.

XVI столетие отмечено созданием традиционных для Италии грандиозных поэм на народном языке. «Неистовый Роланд» Лодовико Ариосто (1474–1533) подхватывает канву поэмы автора XV в. Маттео Боярдо и развивает его тему, заимствованную из средневековых рыцарских романов, в непринужденном рассказе, изобилующем сюжетными линиями и авторскими отступлениями. Третья рыцарская поэма, «Освобожденный Иерусалим» (опубликована в 1581 г.), писалась, как и две предыдущие, в Ферраре. Ее автор Торквато Тассо (1544–1595) творил в эпоху, когда возрождение классических канонов стало утрачивать прежнюю актуальность. Он стремился совместить достоинства своих предшественников с подражанием Вергилию, возвышенностью стиля и благочестивым духом. Поэт страдал душевным недугом и последние годы провел в скитаниях по Италии, пытаясь обрести покой, однако его произведение уже при жизни автора приобрело огромную популярность.

В начале XVI в. из подражания римским комедиографам Теренцию и Плавту родилась итальянская драматургия, известные образчики которой оставили Ариосто и Макиавелли («Мандрагора», 1518 г.). Позднее традиции этой ученой комедии, несколько циничной и сходной по сюжетам с популярной новеллистикой, продолжил знаменитый сатирический публицист Пьетро Аретино (1492–1556). Пьесы исполнялись при итальянских дворах актерами-любителями, но в это же время происходит становление первого в Европе профессионального театра — народной комедии делль арте, импровизационное действие в которой строилось на диалогах постоянных персонажей-масок.

Италия XVI в. была законодательницей также музыкальной моды, хотя полифонические жанры первоначально развивались под влиянием нидерландских композиторов. В области церковной музыки выделяется Римская школа, представленная Джованни Палестриной (1525/1526-1594). К концу XVI в. возникает жанр музыкальной драмы (опера), отразивший тягу к синтезу искусств и сочетавший полифонию с монодией — речитативами, положенными на музыку. Первой оперой считается «Дафна» Якопо Пери, поставленная во Флоренции в 1598 г.

ЭКОНОМИКА. СОЦИАЛЬНАЯ СТРУКТУРА

Утрата позиций на внешнеполитической сцене и в международной посреднической торговле способствовала, хотя и в небольшой степени, развитию внутренней промышленности. Италия сохранила роль важнейшего экспортера и реэкспортера зерна, тканей, предметов роскоши и денег. Генуэзские банкиры были в XVI в. главными финансистами испанского правительства; поступавшее из Америки золото, ввоз которого сосредоточивался в руках последнего, распределялось по Европе через Италию вследствие того, что итальянцы контролировали финансовые ярмарки, проходившие в начале XVI в. в Лионе, а после 1534 г. в имперском городе Безансоне и других городах (но все равно их называли «безансонскими»). На этих ярмарках производились расчеты по кредитам и устанавливались кредитные ставки, т. е. фактически определялась стоимость денег вообще и отдельных «валют» по отношению друг к другу в частности.

Испанские короли, владея огромными территориями, нуждались в огромных суммах наличности для оплаты своих расходов в разных странах и даже частях света, они были вынуждены делать займы, а в некоторых случаях даже прибегали к банкротству. Цены на золото и серебро определялись итальянскими банкирами, в первую очередь генуэзским банком Сан-Джорджо. Другим крупнейшим заемщиком такого рода были римские папы. Выплаты по займам производились путем передачи на откуп монополий (например, на соль) и сбора определенных налогов. Выгодность торгово-посреднических операций и финансовых спекуляций вызывала концентрацию капиталов именно в этих секторах и этим обусловила отставание Италии, как и ввозившей драгоценные металлы из Нового Света Испании, в развитии собственной промышленности. Позднее это привело и к политическому упадку этих стран, проигрывавших Франции и североевропейским державам в динамике развития собственной экономики. В качестве иллюстрации можно привести пример зернового рынка, цены на котором зависели от международных. Купцы из Северной Италии контролировали вывоз зерна из Сицилии и в конце XVI в. даже занимались закупками хлеба через прибалтийские порты в Восточной Европе. В самой Италии при этом цены на зерно и другие продукты в неурожайные годы (например, во Флоренции в конце 70-х годов XVI в.) возрастали в несколько раз.

В силу политической разобщенности и привязанности итальянских государств к внешним рынкам общенациональный экономический рынок не мог сложиться, что отчасти компенсировалось формированием региональных рынков вокруг крупнейших городских центров и внутри устойчивых территориальных образований.

Ремесленные цехи в городах лишаются своей политической роли — принадлежность к ним перестает быть условием гражданства, — и становятся орудием политики абсолютистских правительств. Сохраняется и даже усиливается их роль как источника промышленной регламентации, поэтому в XVI в. наблюдается процесс перехода мануфактурных производств в мелкие города, где цеховой диктат не стеснял их деятельности. Промышленное производство не обеспечивало больших прибылей и нуждалось в протекционистских мерах, особенно ввиду того, что серьезную конкуренцию его главной отрасли, текстильной, составили английские и голландские мануфактуры. Английские грубые сукна вытесняли более дорогие и качественные флорентийские, которые становилось невыгодно производить. Возникали трудности с получением сырья: английской шерсти, красителей с Востока.

Некоторую компенсацию составило шелкоткачество, поощрявшееся, в частности, правителями Милана и Пьемонта. Хорошо известен наметившийся с начала XVI в. перенос капиталов в землевладение, рассматривавшийся в марксистской историографии как одно из проявлений феодальной реакции. Формулируя более осторожно, можно назвать этот феномен признаком изменения общей конъюнктуры, как экономической, так и социально-политической. В дальнейшем соперничестве европейских стран за преобладание на Западе, а затем и во всем мире, промышленное развитие вышло на первый план как главный фактор и показатель способности выдвигать такие притязания. Но величина промышленного роста на самом деле является лишь одной из характеристик, притом внешних, хозяйственного развития. Земля в XVI в. (как и по сей день) остается одним из главных источников экономического богатства, а сельское хозяйство — одним из его важнейших ресурсов. В Италии XVI в. предпринимались меры по развитию таких передовых для того времени отраслей, как выращивание риса, новых заморских культур, цитрусовых (апельсинов и мандаринов), тутовых деревьев. Виноделие и производство оливкового масла были стабильно рыночными отраслями. Вместе с тем на части территорий Италии (на Юге, на Сицилии, в Пьемонте) сохранились полукрепостнические отношения между крестьянами и сеньорами, обременявшие крестьянские хозяйства многочисленными не только экономическими, но и социальными повинностями. Основной формой взаимоотношений собственников земли и работников в Северной и Средней Италии в этот период постепенно становится испольщина («медзадрия»), аренда участков, оплачиваемая половиной урожая, которая также обрастает рядом «нерыночных» повинностей. Долговые обязательства иногда превращали долгосрочную аренду в вынужденно наследственную. Налоговый гнет на крестьян был чрезвычайно велик, что приводило к волнениям с требованиями снижения и отмены налогов и увольнения алчных чиновников. Распространенным способом ухода от нищеты и борьбы с властями было разбойничество («бандитизм» от итальянского слова «бандито» — объявленный вне закона). Реальные разбойники были далеки от образа, созданного литературой эпохи романтизма, хотя их жертвами становились, разумеется, в основном богатые и знатные люди. Иногда они пользовались тайным покровительством мелких дворян, а то и магнатов, по традиции считавших себя независимыми от центральных властей, особенно в Неаполитанском королевстве и на Сицилии, где правили испанские вице-короли. В бывших и сохранившихся городских республиках существовали две группы нобилей: старая земельная аристократия, в руках которой концентрировалась также торговля и банковское дело, и выходцы из разбогатевших горожан, владевшие мастерскими, лавками, меняльными конторами и мануфактурами. Богатства второй группы не уступали по масштабам первой, и граница между ними стиралась, так как богатые бюргеры строили дворцы, покупали титулы и земли (например, генуэзская знать приобретала земли на Юге Италии, поскольку в окрестностях Генуи ощущалась их нехватка). Говорить о формировании особого класса, буржуазии, по крайней мере для Италии этого времени, некорректно. Горожане мелкого и среднего достатка — цеховые мастера, мелкие торговцы, ремесленники, тем более наемные рабочие, были лишены какого-либо участия во власти и, как правило, не могли на него претендовать. Их довольно редкие политические выступления были направлены, как и у крестьян, против непомерных налогов и произвола чиновников, иногда и против чужеземного гнета; их провоцировал также рост цен и частые эпидемии.

РИМ И ПАПСКОЕ ГОСУДАРСТВО

На рубеже XVI в. римские папы оказались в положении правителей, может быть, самого важного, но все же лишь одного из крупных государств, на которые была поделена Италия, столкнувшаяся с притязаниями соседних европейских держав. Заботы о приумножении владений и о поддержании своего престижа чисто мирскими средствами с помощью увеличения доходов, ликвидации местных привилегий и льгот, укрепления семейных позиций, придания блеска своей власти посредством меценатства привели к тому, что папство проглядело наступление раскола и лишь с запозданием обратилось к решительному реформированию Церкви. В результате главы католичества лишились значительной части своей паствы, что отчасти компенсировалось благодаря миссионерской деятельности и основанию католическими странами колоний в Новом Свете. В Европе политическое значение Рима было сведено до минимума, а ренессансный антиклерикализм и свободомыслие, подавленные Контрреформой, в новом обличье возродились в эпоху рационализма и Просвещения.

Одним из главных виновников кризиса считается, не всегда обоснованно, Александр VI Борджиа (1492–1503). В политике этого папы испанского происхождения наиболее ярко проявились те черты, которые характерны для Возрождения и во многом для всего XVI в. в целом: непотизм (продвижение родственников), лавирование между европейскими державами, своекорыстие и вместе с тем забота о поддержании духовного и международного авторитета римского первосвященника. Примеры — булла о разграничении сфер влияния Испании и Португалии в новых землях, введение церковной цензуры для печатных книг. Будучи противником усиления французов в Италии, Александр попытался использовать их присутствие для сколачивания в Северной и Средней Италии крупного территориального государства во главе со своим сыном Цезарем Борджиа. В клановых интересах использовались династические браки самого Цезаря и дочери папы Лукреции, которая сменила трех мужей, подкуп и продажа должностей, политические убийства (хотя вина семейства Борджиа в приписываемых ему преступлениях не всегда подтверждается современными историками). Смерть папы привела к крушению этих планов, и восстановлением церковной власти в Романье и других феодах Рима занялся представитель другого клана, Делла Ровере, Юлий II (1503–1513). Этот воинственный папа поднял всю Италию в союзе с соседями сначала против Венеции, а затем против французов, подчинив римскому престолу Парму, Реджо в Эмилии, Пьяченцу и Модену. Рассорившись с Францией, Юлий был вынужден в пику организованному против него Людовиком XII Пизанскому собору созвать V Латеранский собор (1512–1517), проходивший в основном уже при Льве X Медичи. Собор не приступил ни к каким существенным реформам, его главной задачей стало подтверждение верховенства папы в Церкви. Медичи вернули себе власть во Флоренции в 1512 г. после ухода французов из Италии, их отношения с Францией были сложными. В 1516 г. был заключен компромиссный Болонский конкордат, предоставлявший определенные выгоды как Риму, так и галликанской церкви. Непомерное усиление Габсбургов после избрания Карла V императором в 1519 г. привело Льва X в противный им лагерь, хотя начавшаяся вскоре Реформация подталкивала к союзу с Габсбургом, отвергшим лютеранство. После недолгого правления Адриана VI (Утрехтского, 1522–1523), воспитателя Карла, на папский престол снова взошел Медичи — Климент VII (1523–1534), учредивший антигабсбургскую Коньякскую лигу. Война закончилась разгромом Рима в 1527 г., вынужденным переходом папы на сторону императора и завершением ренессансного периода в истории папства. Отпадение значительной части европейских земель севернее Альп от Католической церкви заставило папство возглавить движение Контрреформы, или католическую Реформацию, которая свелась, с одной стороны, к закреплению основных средневековых принципов, в том числе примата папы, а с другой — к наведению порядка, созданию новых инструментов и средств для утверждения и распространения католицизма.

При папе Павле III Фарнезе (1534–1549) был учрежден орден иезуитов (1540), подчинявшийся только папе и имевший целью пропаганду веры в миру и во всем мире; создана Конгрегация Римской инквизиции (Sant’Uffizio, 1542), которая известна не столь массовыми, как в Испании, но громкими процессами (в частности против Бруно, Кампанеллы, Галилея), а также участием в составлении Индекса запрещенных книг (1559). В конце правления Павла III был созван Тридентский собор (1545–1563), оформивший основные направления реформ и закрепивший их в своих решениях. Вместе с тем при этом папе процветал непотизм: в 1545 г. он подарил своему сыну Пьерлуиджи Фарнезе церковные владения Парму и Пьяченцу. Павел продолжил некоторые традиции ренессансных пап, в частности традиции привлечения в Рим крупнейших архитекторов и художников. Еще при Юлии II, затеявшем перестройку базилики Св. Петра и других городских зданий, в Риме по заказу папы работали Браманте, Микеланджело, Рафаэль, возвращались к жизни найденные при раскопках шедевры античной скульптуры (Аполлон Бельведерский, Лаокоон). При Павле III Микеланджело закончил фреску «Страшный суд», руководил перестройкой Капитолия и участвовал в строительстве собора Св. Петра.

Новый импульс Реформация получила при Павле IV (Карафа, 1555–1559), который пытался навести порядок в Риме: он преследовал епископов, оставивших свои епархии, и даже провинившихся кардиналов, выдворил из города проституток (их насчитывалось несколько тысяч), замкнул живших в городе евреев в гетто. Папа боролся с растущим влиянием Испании и заигрывал с Францией, но был вынужден примириться с Филиппом II, когда в 1556 г. испанские войска подошли к Риму. После смерти Павла римский народ устроил празднества, сжег дворец инквизиции и обезглавил статую сурового папы на Капитолии. Тридентский собор закончился при папе Пие IV, выходце из побочной ветви рода Медичи (1559–1565), принятием католического катехизиса и учреждением Конгрегации собора для осуществления его решений. При Пие IV развернулась деятельность одного из крупнейших деятелей Контрреформы, кардинала Карло Борромео, архиепископа Миланского, который был племянником папы. Он известен своей благотворительностью, женоненавистничеством и «охотой на ведьм», а также изображающей его гигантской статуей «Санкарлоне», воздвигнутой в XVII в. в его родном городке, когда кардинал был канонизирован. Политика преследования инакомыслящих продолжилась при святом Пие V (1566–1572), правление которого ознаменовано заключением долгожданного союза против турок — Священной лиги в составе Испании, Венеции, Генуи и Рима. Объединенный флот лиги разгромил турок при Лепанто 7 октября 1571 г. Пий изгнал евреев из большинства папских владений и казнил авторов антипапских эпиграмм как еретиков, упразднил орден умилиатов, вступивший в конфликт с Борромео.

Тридентский собор. Художник П. Кати. Фреска 1588 г. базилики Санта-Мария-ин-Трастевере, Рим

При Григории XIII (1572–1585) были предприняты усилия по закреплению результатов Контрреформации в странах, затронутых протестантизмом, основаны Английская, Германская и Греческая коллегии для воспитания священников под руководством иезуитов; была проведена реформа юлианского календаря с целью более точного приближения к астрономическому году. Текущая дата при этом сместилась на 10 суток. Одним из наиболее успешных и деятельных пап этого периода стал Сикст V (1585–1590), которому удалось сократить постоянно возраставшие до тех пор государственные расходы, провести административные преобразования, жестоко расправиться с разбойниками и пиратами, ставшими бичом папских владений. Сикст также занимался осушением малярийных болот, возводил акведуки, строил и перестраивал кварталы Рима. Папа широко использовал возможности нового художественного стиля барокко для возвеличения Церкви и воздействия на верующих. Он распорядился установить сохранившиеся от античности обелиски на главных площадях города, перед соборами. Правление Климента VIII (1592–1605) отмечено удачами во внешнеполитической сфере: была присоединена Феррара, благодаря переходу в католичество Генриха IV улучшились отношения с Францией, между последней и Испанией в 1598 г. при содействии папы был заключен Вервенский мир, в 1596 г. учреждена Брестская уния с расчетом на переход под опеку Католической церкви ряда территорий с православным населением.

В целом, к концу XVI в. Папское государство продолжало оставаться одним из важнейших в Италии и в Европе, не только благодаря сохранению своего духовного авторитета, но и вследствие финансовой мощи, политических преобразований, характерных для эпохи абсолютизма. Они заключались в усилении централизации, ликвидации местных вольностей, развитии промыслов и торговли, в том числе через международные порты, особенно Анкону на Адриатике.

ИСТОРИЯ ОТДЕЛЬНЫХ ГОСУДАРСТВ

В XVI в. большинство итальянских государств, в том числе формально независимых, как уже было сказано, подпало под влияние Испании или Франции, причем владения последней на полуострове к концу столетия свелись до минимума в пользу первой. На ее территориях вся власть принадлежала испанским наместникам — вице-королям (Неаполь, Сицилия и Сардиния) и губернаторам (Милан), несмотря на формальное сохранение местных выборных органов. Король назначал наместников по представлению Высшего Совета по делам Италии в Мадриде. Испанцы рассматривали свои зарубежные владения прежде всего как источник для получения средств, поэтому они постоянно увеличивали количество и сумму собираемых здесь налогов, монополизировали экспорт зерна, основного продукта Сицилии, ввели инквизицию по испанскому образцу. Они изгнали в 1542 г. евреев, вносивших некоторое оживление в хозяйственную жизнь, и превратили Юг в зону почти автаркического (самодостаточного, замкнутого в самом себе) хозяйства. Только в Неаполе, который с его 300-тысячным населением был крупнейшим городом в испанских владениях за пределами Пиренейского полуострова, развивались промыслы, в частности производство шелка. Одной из проблем Южной Италии были постоянные набеги турецких флотилий, которые окончательно не прекратились и после Лепанто.

Герцогство Миланское после смерти в 1535 г. Франческо II Сфорца, который с трудом удержался на троне после поражения Коньякской лиги, перешло к Габсбургам, а заключение мира в Като-Камбрези ознаменовало его закрепление за Испанией на полтора века. Владение герцогством, в которое входила почти вся Ломбардия и некоторые другие земли, позволяло контролировать Северную Италию и гарантировало прочность испанской власти в стране в целом. Милан был военным и экономическим перевалочным пунктом между Испанией и ее европейскими владениями, через него проходила основная часть поступавших из метрополии заморских денег, и до конца столетия это способствовало поддержанию традиционных промышленных отраслей Ломбардии (оружейной, текстильной) и ее развитого сельского хозяйства. Милан стал также одним из центров контрреформационного движения благодаря деятельности архиепископов Карло Борромео и его двоюродного брата Федерико (в должности с 1595 по 1631 г.).

Из формально независимых государств наиболее связанной с Испанией была Генуэзская республика, в XVI в. остававшаяся одним из главных финансово-коммерческих и морских центров Европы. Сложная внешнеполитическая ситуация подтачивалась внутренними смутами; в 1507 г. вспыхнуло народное восстание против французов во главе с красильщиком (или угольщиком) Паоло да Нови, которого провозгласили дожем. Войска Людовика XII жестоко расправились с мятежниками. Город несколько раз переходил из рук в руки от испанцев к французам, пока в 1528 г. адмирал Андреа Дориа, служивший до этого Франциску I, не заключил договор с Карлом V о независимости Генуи под протекторатом последнего. Город получил новую конституцию, открывшую доступ к власти «новым нобилям», представителям так называемого «портика Сан-Пьетро», более многочисленным по сравнению со старой знатью «портика Сан-Лука», склонной опираться на французов (названия связаны с лоджиями на площади Банков, где собирались партии). Выборные органы формировались на основании «Золотой книги» (Liber civitatis) генуэзской знати, куда было занесено около 800 лиц из 28 домов («альберги»). Во главе республики стоял избираемый на два года дож. Фактическим правителем был А. Дориа, а после смерти в 1560 г. его внук Джованандреа. Дориа и их галеры защищали берега от африканских пиратов и верно служили испанскому королю. Эти отношения были выгодными для Генуи, поскольку в середине XVI в., после банкротства немецких компаний, ее финансисты стали главными кредиторами испанской короны. Этот период, продлившийся около столетия, получил название «века генуэзцев». Золотой век, ознаменованный строительством великолепных дворцов и загородных вилл по проектам архитектора Г. Алесси, украшенных картинами Рубенса и Караваджо, был, однако, омрачен новыми политическими потрясениями. Генуе с трудом удалось сохранить за собой Корсику, охваченную профранцузскими выступлениями; островом управлял банк Сан-Джорджо, который в 1562 г. был вынужден уступить его республике. В 1547 г. против семьи Дориа был организован заговор Фиески, поддержанный новой знатью портика Сан-Пьетро — в результате его подавления эта партия была снова отстранена от власти. Наконец, в 1573–1576 гг. разразился кризис, вызванный теми же противоречиями и приведший к коллапсу власти, которую попытались взять в свои руки уже не нобили, а представители разных слоев горожан. Волнения были подавлены с помощью военного и дипломатического вмешательства Испании и папы, но органы управления подверглись реформированию, «альберги» — отменены, и выборы стали производиться на основании имущественного ценза. В целом судьбы Генуи, во многом зависевшие от процветания Испанской державы, до конца XVI в. находились на подъеме.

В положении формально независимого, но на деле политически связанного с Испанией союзника оказалась в конечном счете также Флоренция с принадлежащей ей частью Тосканы, которая к концу XV в. была одним из самых влиятельных государств Италии. Эволюция Флорентийской республики в сторону принципата, а затем и абсолютистского правления Медичи несколько раз прерывалась благодаря наличию сильной демократической традиции, находившей опору как в олигархических кругах, так и в более широких слоях флорентийского пополо. После нашествия французов в 1494 г. и свержения Пьеро Медичи (сына Лоренцо Великолепного), фактически капитулировавшего перед ними, власть постепенно сосредоточилась в руках популярного доминиканского проповедника Джироламо Савонаролы, склонного скорее к расширению круга лиц, наделенных избирательными правами, и вместе с тем религиозного реформатора, который намеревался оздоровить всю гражданскую и духовную жизнь города в соответствии с христианскими нравственными заповедями. Большую известность приобрел устроенный им 7 февраля 1497 г., в масленичный четверг, «костер тщеславия» — сожжение предметов роскоши, книг, картин, игральных столов и прочего, символизировавшее отказ от мирской суеты. Это событие состоялось уже в момент обострения отношений Савонаролы с церковными властями и с папой Александром VI, вызванного политическими разногласиями (доминиканец, в отличие от папы, пытался опираться на французского короля, изгнанного к тому времени из Италии) и критикой обмирщения папства со стороны Савонаролы. Папу поддерживали все недовольные монахом во Флоренции, партия Медичи и так называемые «рассерженные» (arrabbiati). В мае 1497 г. Савонарола был отлучен, позднее папа угрожал интердиктом за неповиновение всему городу; проповедник же мог противопоставить этим санкциям лишь угрозы Божьей карой и приближающимся концом света. Наконец, доминиканец был арестован и 23 мая 1498 г. с двумя соратниками повешен, а затем сожжен на костре. После гибели Савонаролы установился режим, основанный на компромиссе между основными семьями олигархии, номинальным главой с 1502 г. стал пожизненный гонфалоньер Пьетро Содерини; на этот же период приходится политическая деятельность секретаря республики Никколо Макиавелли, к советам которого Содерини прислушивался. После нового ослабления французов в 1512 г. партия Медичи вернулась к власти, Содерини бежал, а Макиавелли был удален в ссылку в пределах городских владений, где он написал свои знаменитые трактаты об условиях взятия, поддержания и укрепления власти, апеллирующие к античности, но продиктованные, по сути, современной автору политической ситуацией. При папах из дома Медичи Флоренция находилась всецело под их влиянием, пока в 1527 г. обстановка снова резко не изменилась. Поражение Климента VII в борьбе против Карла V привело к последнему возрождению республики, продержавшейся три года (1527–1530). Ее окончательному падению способствовали внутренние разногласия между умеренными и более радикальными партиями, а также очередная политическая перегруппировка — заключение мира Франции с императором и вступление папы в союз с ним. С помощью имперских войск Климент VII после девятимесячной осады восстановил правление семьи Медичи во Флоренции, посадив на учрежденный с помощью императора герцогский престол своего внучатого племянника Алессандро. Герцог не пользовался любовью подданных и в 1537 г. был убит дальним родственником Лоренцино. В его преемники избрали представителя младшей ветви рода Медичи, сына известного кондотьера Джованни делле Банде Нере Козимо (1519–1574). Козимо I активно занимался делами правления до 1564 г., а уже отойдя от дел, в 1569 г. добился от папы получения титула великого герцога Тосканского. Он подчинил себе почти всю территорию Тосканы, за исключением республики Лукки, которая в 1546 г. стала центром антимедичейского заговора Ф. Бурламакки. В 1552–1555 гг. в ходе Сиенской войны с участием французов и испанцев независимая республика Сиена перестала существовать, и ее владения достались Козимо (в качестве феода от испанского короля), кроме небольшого Государства гарнизонов, сформированного испанцами. Великий герцог в просвещенном духе своего времени заботился о развитии торговли и промышленности, мореплавания, строил крепости, основал рыцарский орден Святого Стефана для борьбы с турками и пиратами. Его резиденциями были новый дворец Уффици и перестроенный палаццо Питти. Из многочисленных детей Козимо почти все умерли от болезней или в результате насильственной смерти. Его преемник Франциск (Франческо) I вместе с женой был, как предполагается, отравлен родным братом-кардиналом, который стал следующим герцогом (Фердинанд I, 1587–1609). Фердинанд, как и его отец, проводил административные реформы, занимался мелиорацией, открыл Ливорно для беспошлинной портовой торговли (порто-франко) и пытался проводить независимую внешнюю политику, расширяя контакты с Францией. Тем не менее Тоскана находилась под сильным влиянием испанских и австрийских Габсбургов, с которыми Медичи были также связаны династическими браками.

Палаццо Питти. Архитекторы Л. Фанчелли, Б. Амманати. Флоренция

Значительной самостоятельности достигли герцоги Савойские, владения которых находились в постоянной опасности непосредственного поглощения Францией (французский язык употреблялся в них наряду с местным итальянским диалектом). Во время Итальянских войн основная территория Савойи со столицей Шамбери была занята французами, и ядром герцогских владений стали собственно итальянские земли в Пьемонте. Эммануил Филиберт (1528–1580), который в 1555–1559 гг. был испанским губернатором в Нидерландах, перенес в 1562 г. в Турин свою столицу и построил цитадель по образцу фламандских крепостей. Он провел налоговую реформу, отменил крепостное право, содействовал развитию сельского хозяйства путем ирригации, создал постоянную армию на основе рекрутского набора и военный флот, принимавший, между прочим, участие в битве при Лепанто. Сыну герцога Карлу Эммануилу удалось присоединить по Лионскому миру с Францией 1601 г. маркграфство Салуццо в обмен на некоторые земли за Альпами. Другой маркизат (с 1575 г. герцогство), Монферрат, на который претендовали савойцы, остался за мантуанскими герцогами Гонзага благодаря женитьбе Федерико II на наследнице этой территории. Небольшое герцогство Мантуя находилось в вассальной зависимости от императора и было одним из центров ренессансной культуры, расцвет которой приходится на эпоху маркизы Изабеллы д’Эсте (1474–1539), жены Франческо II Гонзага. Она поддерживала отношения с крупнейшими писателями и художниками своего времени — Кастильоне, Бембо, Ариосто, Леонардо, Рафаэлем и Тицианом. Вкусы Изабеллы унаследовал ее сын Федерико, пригласивший для строительства и росписи загородного дворца Палаццо Те Джулио Романо. Таким же важным культурным центром было герцогство Моденско-Феррарское, принадлежавшее синьорам Эсте. Покровителем искусств был герцог Эрколе I (правил в 1471–1505 гг.), его сын Альфонсо (1505–1534), женатый на Лукреции Борджиа, выдающийся артиллерист и верный союзник французов, а также их потомки. Прямое потомство герцогов пресеклось в 1597 г., и Феррара, как церковный лен, отошла к Папскому государству, но Модена и Реджо остались у наследников титула по боковой линии.

Наиболее самостоятельным и значимым государством Италии после папского Рима была Венецианская республика, которая в XVI в. не только отстаивала свою независимость, но и пыталась расширить владения в бесконечных войнах с императором, папой, испанцами, французами, итальянскими соседями на востоке и Османской империей.

В самом начале столетия венецианцы, пользуясь ситуацией, делают ряд приобретений (после краха семейства Борджиа) в Романье, во время испано-французских войн на Юге — в Апулии, а также в Ломбардии и на границе с Австрией. Поражения в войне с Камбрейской лигой и затем в составе Коньякской лиги против императора лишают Венецию значительной части этих владений, но ее влияния еще достаточно, чтобы добиться от Карла V сохранения формальной независимости Милана (1529). Когда последний окончательно переходит под власть Испании (1535), венецианцам приходится оставить помыслы об экспансии на материке. Во время дальнейших испано-французских конфликтов они придерживаются нейтралитета и даже вступают с испанским королем во временные союзы против общего врага — турок; один из них закончился победой при Лепанто. Тем не менее султаны постепенно отбирают венецианские владения в Греции (война 1499–1503 гг.), близлежащие острова и в 1571 г. Кипр. Венеция вынуждена искать мира с турками, чтобы не лишиться всего, особенно учитывая неблагоприятную экономическую конъюнктуру: португальцы открыли морской путь в Индию и обрушили рынок пряностей, до того контролировавшийся венецианцами; основные торговые потоки смещаются к северо-западу, но Республика св. Марка пока не утрачивает своей роли. Происходит переориентация экономики: государство пытается предупреждать финансовые и хозяйственные кризисы, главной частью доходов становятся прибыли от сельского хозяйства, местной промышленности, производящей дорогие ткани, ювелирные изделия, художественное стекло. Венецианские патриции обустраивают свои поместья, города Террафермы обрастают знаменитыми виллами, многие из которых сооружаются по проектам выдающегося зодчего позднего Ренессанса Андреа Палладио (1508–1580). Венеция, снискавшая благодаря невмешательству государства в дела веры славу самого свободомыслящего города, стала крупнейшим центром книгопечатания — здесь издается больше книг, чем на территории всей остальной Италии. Законодательницей книжной моды Венеция становится на рубеже XV–XVI вв., в эпоху Альда Мануция, печатавшего греческих, латинских и итальянских классиков в новых форматах и новыми шрифтами. Здесь же во второй половине XVI столетия появляются первые газеты как сборники новостей (avvisi), составленные профессиональными хроникерами; не случайно в Венеции обосновался уже упомянутый публицист и комедиограф Пьетро Аретино. К началу XVI в. город на лагуне стал наряду с Флоренцией и Римом крупнейшим художественным центром Италии; сформировалась особая Венецианская школа живописи, в которой световые и цветовые решения начинают главенствовать над графическим рисунком, самостоятельную роль приобретает пейзаж. Ее зачинателями были Якопо, Джентиле и Джованни Беллини, Антонелло да Мессина и Витторе Карпаччо, известнейшими представителями — Джорджоне (1478–1510) и великий живописец Тициан (1477–1576), особенно знаменитый портретами и изображениями персонажей античной мифологии. Во второй половине столетия Венецию прославили, в том числе и картинами на исторические сюжеты, Паоло Веронезе, Тинторетто и Якопо Бассано.

 

Поиск

Поделиться:

ФИЗИКА

ХИМИЯ

Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru